Создатели этого проекта, завершившегося после двух сезонов, создали не просто мультфильм, а настоящий культурный феномен для детей 90-х. Многие эпизоды до сих пор вспоминают с теплотой, а персонажей — с любовью. Для тех, кто ищет ностальгические мультсериалы 90-х, это идеальный способ вернуться в детство и поделиться им со своими детьми. Критики отмечают, что сериал умудрился сохранить дух оригинала, но при этом создать нечто совершенно новое, расширяющее границы сказочного мира. Это лучшие диснеевские сериалы для вечернего просмотра в кругу семьи, когда хочется окунуться в атмосферу беззаботного детства и вспомнить, каково это — верить в чудеса. В конце концов, как пелось в заставке, «тысяча и одна ночь — это только начало», и сериал доказал это, подарив нам ещё множество приключений в мире, где магия, дружба и любовь всегда побеждают зло.

22:03

Хоббс-Энд выглядит как открыточная Новая Англия, но с первой минуты всё идёт не так. Женщина с топором встречает их на въезде и говорит, что они опоздали, что ничего уже не исправить. В гостинице старуха за стойкой молча протягивает ключи и смотрит сквозь них. На улицах дети рисуют мелом чудовищ. А сам Кейн сидит в церкви и пишет новую книгу, от которой реальность трещит по швам. Он объясняет Тренту, что его романы это не выдумка. Он просто записывает то, что нашло его самого. И если он допишет последнюю главу, твари, которых он придумал, придут окончательно.

Юрген Прохнов играет Кейна с ледяным спокойствием человека, который уже всё понял и даже не боится. Сэм Нил в роли Трента проходит путь от скепсиса до полного ужаса, и это сыграно так, что ты веришь каждому кадру. Особенно хороша сцена, где он едет из Хоббс-Энда, пересекает мост, проезжает несколько миль, а потом снова въезжает в тот же город. Разум отказывается принимать происходящее, и Нил передаёт это без единого лишнего жеста. Только взгляд.

Карпентер снимал этот фильм как завещание. Он к тому моменту уже сделал «Нечто», «Хэллоуин», «Князя тьмы» и чувствовал, что студийная система его выжрала. «В пасти безумия» стал его личным криком: о том, как автор исчезает в собственном тексте, как реальность тоньше бумаги и как ужасное всегда рядом, достаточно просто обернуться.

Твари здесь не прячутся в тени. Они выходят на свет, и оператор Гари Киббе снимает их без стеснения. Щупальца, зубы, сочащаяся слизь, деформированные тела, которые собирались по кускам из ночных кошмаров. Когда Трент впервые видит монстра в коридоре гостиницы, камера не отводится. Это не скример, а долгая паническая атака, зафиксированная на плёнку.

Саундтрек Карпентера, как всегда, делает половину работы. Гитары, синтезаторы, ритмичный бас, который сверлит мозг и не отпускает до финальных титров. Даже когда на экране тишина, музыка всё равно сидит внутри. После просмотра трудно отделаться от ощущения, что кто-то стоит за плечом.

Финал я пересказывать не буду, но он того стоит. Последние десять минут превращают всё в петлю, из которой нет выхода. Трент сидит в кинотеатре, смотрит фильм про себя и смеётся, хотя смеяться не над чем. И ты вместе с ним сидишь и понимаешь, что книга Кейна давно дописана, просто ты ещё не дошёл до последней страницы.

В 1994 году фильм провалился в прокате. Критики не поняли, зрители обошли стороной. Сейчас это классика, обязательная к просмотру для всех, кто любит хоррор не ради скримеров, а ради того, чтобы лечь спать и не уснуть. Карпентер после этой картины ушёл из большого кино надолго, но оставил нам послание. И оно до сих пор читается. Только осторожнее с последней страницей.